Адмирал Империи 5 [СИ] - Дмитрий Николаевич Коровников

«раски» выйти из звездной системы со мной на борту — это по сути приговор! — пронеслось в голове командующего.

— На что намекал ваш славный помощник, когда начал раздавать невыполнимые обещания? — спросил я старика, легонько вталкивая того внутрь шаттла. Мы с Дрейком были последние, кто занял места в челноке.

Сразу после этого три десантных модуля неторопливо поднялись над причальным пирсом и через несколько секунд, развернувшись, поплыли в сторону открытого люка авианосца. Американцы и в этом не стали нам препятствовать, хотя легко могли заблокировать выход, отдав приказ рубке — закрыть заслонки ангара. Нет, все было в порядке, челноки плавно вышли в открытое пространство…

— К сожалению, не понимаю, что вице-адмирал имел в виду, — Дрейк не хотел отвечать на мой последний вопрос, полностью погруженный в собственные невеселые размышления.

Я на время оставил командующего переваривать все случившееся и покинул его, пройдя в отсек управления модулем.

— Как у нас дела? — коротко осведомился я у пилота.

— Вроде как, пока тихо, — осторожно, чтобы не спугнуть удачу, ответил молодой мичман, во все глаза глядя по сторонам, не начинают ли движение башни зенитных батарей, которыми «Тикондерога» был утыкан в неприлично большом количестве.

Авианосцы, как правило, не имели на борту серьезного артиллерийского вооружения в плане крупнокалиберных орудий. Всего четыре башни среднего калибра защищали «Тикондерогу» от нападения. Авианосец у американцев был всегда окружен многочисленным прикрытием, главное предназначение данного класса кораблей заключалось в наличии на борту максимально большого количества истребителей…

А вот для защиты в ближнем бою у «Тикондероги» имелось внушительное число скорострельных автоматических батарей. Так что смотри по сторонам или не смотри, следующими — поворачиваются турели в нашу строну или нет — все равно далеко уйти не получится. Даже у легкого и верткого истребителя, такого, как МиГ, и то не у каждого был шанс выйти из зоны поражения зенитной артиллерии авианосца. А на наших пусть и маневренных, но все же куда менее проворных десантных модулях спастись от перекрестного огня вообще не было никакой надежды…

— Хорошо, что вы прихватили с собой «Коротконогого» Дрейка, господин контр-адмирал, — произнес пилот, довольный тем, что до сих пор жив и здоров.

Ни одна зенитка даже не повернулась и не сопроводила наши челноки.

Когда через минуту три целехоньких шаттла влетели в ангар «Афины», я немного выдохнул. Удалось невозможное — вырваться с палуб вражеского корабля! С каким бы результатом не закончилась моя авантюра, поздравить себя уже есть с чем…

— Что произошло на борту…? — начал было забрасывать меня вопросами Жила, когда двери в командный отсек «Афины» распахнулись и я чуть ли не пробежал весь зал, занимая кресло капитана.

Аристарх Петрович осекся на полуслове, но не потому что видел, как мне не до его расспросов, а по совершенно иной причине. Дело в том, что вслед да мной в отсек вошел, или вернее внесли, адмирала Итана Дрейка. Дорохов и Наэма втащили старика на мостик, конечно же, не по собственной воле, а по моему на это приказу.

— А этот, что здесь забыл? — Жила хмуро покосился на американца и сейчас больше обращался с претензией не ко мне, а к Кузьме Кузьмичу и майору Белло. — Не перепутали мостик с карцером, ребята⁈

— Все вопросы к шефу, — буркнула Наэма, кивая в мою сторону. — Мы с железным дровосеком, — Белло похлопала по броне Дорохова, — лишь простые марионетки в руках нашего кукловода… Куда этого дядьку положить?

— Никуда ложить командующего Дрейка не нужно, — я услышал разговор Жилы и Наэмы краем уха. — Несите адмирала сюда и усадите рядом со мной…

Дорохов выполнил приказание, и Итан Дрейк устало откинулся в кресле помощника корабля.

— Как вы себя чувствуете? — задал я вопрос американцу, видя, что тот совсем расклеился.

— Смотря с чем сравнивать, — ответил Дрейк, усталыми стеклянными глазами посмотрев на меня, — если с трупом, то достаточно бодренько…

— Аристарх Петрович, пригласите на мостик бригаду из медблока со всем необходимым переносным оборудованием, — отдал я распоряжения кавторангу. — К сожалению, ближайшее время господина Дрейка мы в регенерирующую капсулу положить не сможем, ибо его присутствие понадобиться здесь. Но медики должны постоянно быть рядом…

— Хорошо, — кивнул Жила, — это все?

— Нет, не все, — улыбнулся я. — Как обстановка в секторе?

— Мы полностью окружены кораблями противника, господин адмирал, — доложил Аристарх Петрович, кивая на увеличенное изображение на тактической карте. — Шестнадцать вымпелов различных классов 21-ой «линейной» дивизии направлены носами в нашу сторону, их артиллерийские орудия активированы, защитные поля тоже… Если хотите посмеяться, могу произнести вам процент шансов выбраться, выданный компьютером после ввода всех данных…

— Интересно…

— 0,022 тысячных %, — развел руками Жила, следя за моей реакцией.

— Неплохо в сложившихся условиях, — кивнул я.

— Согласен… Так, что будем делать?

— Выбираться, конечно…

— Каким образом? — кавторанг думал я веселюсь перед смертью.

— Обычным, как делает это любой космический пилотируемый корабль, — был мой ответ. — Сначала включаем двигатели, затем, начинаем движение по направлению к порталу…

— Спасибо что напомнили порядок действий, но как же быть с американцами? — Жила опасался запускать силовые установки, не желая провоцировать противника на огонь.

— Можешь попрощаться с ними, если есть желание, — я продолжал оставаться максимально невозмутимым, будто контролирую процесс, хотя сам не знал, чем наши действия могут обернуться.

— «Янки» не откроют огонь, после того, как я включу двигатели? — снова уточнил Аристарх Петрович осторожно ложа руку на пульт.

— Сейчас это и узнаем, — кивнул я, давая добро.

Сопла «Афины» загорелись ультрамариновым цветом, яркость которого все повышалась по мере того, как все большие порции интария поступали в камеры сгорания двигателей. Линкор был готов сорваться с места.

— А как вы считаете, ваши канониры откроют огонь или нет? — я повернулся к Дрейку.

— До прощальных слов вице-адмирала Джонса был убежден, что не откроют, — прозвучал неприятный для меня ответ командующего. — Однако сейчас такой уверенности уже нет…

— Да, меня тоже кое-что смутило в словах господина Джонса, — сказал я, продолжая следить за развитием ситуации. — Такая уверенность звучала в голосе вашего дивизионного адмирала, что это не может не настораживать…

Космос вокруг оставался спокойным, выбросов боевой плазмы замечено не было. «Афина» начала постепенно отходить от «Тикондероги», развернулась и попыталась нарастить скорость.

— Хоть «янки» и не стреляют, но судя по всему, выбраться нам все равно не получиться, — отрицательно покачал головой Аристарх Петрович, следя за обстановкой в непосредственной близости от своего корабля. — Взгляните на изображение, господин контр-адмирал…

Я еще больше увеличил масштаб трехмерной тактической карты. Полтора десятка американских вымпелов, как только «Афина» попыталась отойти от «Тикондероги», в свою очередь включили двигатели и начали быстро сближаться с русским линкором. Огонь на поражение противник по-прежнему не открывал, понимая, что на борту «Афины» находится их командующий, но похоже, обещания Джонс выполнить намеревался…

Вся 21-ая «линейная» дивизия буквально за пару минут подошла на максимально близкое расстояние к нашему кораблю, заблокировав тем самым все возможные пути движения. «Афину» попросту взяли в коробочку, лишив возможности вырваться из окружения без столкновения с каким-либо из американских вымпелов…

— Что ж, вице-адмирала Джонса нельзя назвать балаболом, — хмуро произнес я. — Обещания выполняет…

Глава 34

— Командир, кольцо окружения сжимается все сильней! — дежурный оператор повернулся к кавторангу Жиле с немым вопросом «что делать?». — Все без исключения вымпелы 21-ой «линейной», плюс шедший до этого с нами рядом «Йорктаун», полностью перекрыли возможность выйти на космический простор… Мы в ловушке!

Аристарх Петрович посмотрел на мою реакцию. Ничего нового не увидев, кавторанг решил действовать самостоятельно:

— Всем приготовиться к бою! — громогласный баритон Жилы раздавался по отсекам линкора. — Канонирам — занять места на батареях, истребителям — быть готовыми в любой момент выйти из ангаров и атаковать противника, контрабордажным командам — повзводно разбиться и занять позиции на всех трех палубах… Сейчас начнется жара, ребята, то действо, что вы ждали и просили от меня уже долгое время! Готовьтесь…

Аристарх Петрович снова взглянул на меня, интересуясь, желаю ли я присоединиться к управлению обороной или продолжу мило беседовать с Дрейком, изредка уделяя внимание тактической карте — не произошло ли каких-либо изменений в ближнем космосе.

Но нет, похоже, контр-адмирал Васильков не намерен участвовать в неинтересном для него сражении, — подумал Жила, покачав головой. — Ладно, особо и не нуждаемся.